Сатанинская комедия: Where The Dead Go To Die

Пролог

Три с половиной года назад я завершил переезд и поступление в университет. Оказавшись на новом месте, я решил взяться за создание очередного канала, потому что, видимо, игровые воплощения уже тогда казались мне изношенными. Первоначально я планировал снимать юмористические, развлекательные видео на разные запрещённые и трешовые темы — быть чем-то вроде провокационного андерграунда от мира низкопробного юмора и эпилептического монтажа. Мой слоган был не менее выразительным — беспощадно выносить мозги, рассказывая несерьёзно о наиболее мерзких вещах со всех уголков Интернета. Именно с такими честолюбивыми замыслами в голове я отправился собирать эмпирический материал для написания своего первого сценария. Копаясь в поисковике, я практически сразу натыкаюсь на интригующий воображение постер, разогреваю свои ожидания обилием негативных рецензий и уже через пару минут начинаю просмотр с присущей подростку забористой смелостью. За окном — тёплый вечер уходящего августа, а я сижу в сумраке своей комнаты и впервые смотрю «Куда покойники уходят умирать». Я посмотрел творение Джимми Кримера полностью, до самых титров, а потом принялся записывать голосовые сообщения своим друзьям, где сдавленным голосом с матом просил ни в коем случае не повторять моих ошибок, ни в коем случае не искать этот фильм и уж тем более не смотреть его. Увиденное настолько поразило меня, что уже на следующий день сценарий был готов, а уже вскоре на только что созданный канал я загрузил самое первое видео. Я создал его не потому, что хотел быть услышанным. Я создал его потому, что не мог не создать, не мог позволить увиденному остаться без хоть каких-то объяснений. Я создал его для себя, чтобы избавиться от ночных кошмаров. Так началась история этого публичного дневника, который практически сразу изменил свой курс и ещё долго дрейфовал на волнах, прежде чем достигнуть нынешней формы. С тех пор многое изменится: моё отношение к работе, к самому себе, к миру и людям вокруг. Без трансформаций останется только осознание того, что без Джимми Кримера и его дебютного полнометражного монстра я был бы совершенно другим человеком, а моя деятельность в рамках Интернета носила иной характер. Как бы странно это не звучало, но именно омерзительной фантазии Кримера ты обязан тому, каким тебя знают сейчас.

Три с половиной года назад я впервые посмотрел «Куда покойники уходят умирать». Этот фильм остался глубоко в моей памяти, а его след до сих пор прослеживается в некоторых моих работах. Три с половиной года назад я сознательно утопил себя в доселе невиданном кровавом кошмаре. С тех пор я лишь гуляю по пустым коридорам ужасной галереи в поисках выхода, вылизывая каждую картину. Три с половиной года назад я впервые прикоснулся к тёмной стороне независимого искусства. Эта тьма инфицировала мою душу, заразила моё сердце и стала частью моего тела. Три с половиной года назад я впервые посмотрел «Куда покойники уходят умирать». И сегодня я возвращаюсь в самое начало, чтобы столкнуться со своим прародителем вновь и отдать ему должное за то, что он из меня сотворил. Может это покажется странным… но в момент повторного просмотра я не чувствовал былого страха. О нет — я чувствовал себя как дома.

Куда покойники уходят умирать

ЧАСТЬ I: Все ненавидят Джимми

Джимми Кример — это тот человек, с которого началась история данного канала. За время своих исследований я столкнулся с достаточным количеством крайне специфических авторов и их ручных творений, но Джимми всегда занимал в моём сердце особое место. И больше всего мне обидно, что за все эти годы я так толком ничего о нём и не узнал. Джимми Кример — это не только человек, неосознанно повлиявший на меня как личность, но и одна большая загадка, мистерия. Сведений о нём не так уж и много, а те, что имеются, граничат с вымыслом, отсеять который путём проверки фактов не представляется возможным. Потому что фактов практически нет, нет подтверждений или фото, более-менее внятных и серьёзных интервью. Для любого зрителя Джимми из-за этой ширмы социофобной таинственности превращается скорее в подобие мифа или интернет-легенды. Тут можно поразмышлять о том, как Интернет превращает человека в набор ярлыков и образов, но мне сейчас не до этого. Важно понимать лишь вот что — из-за отсутствия конкретики Джимми по меркам коллективного и бессознательного сообщества превращается в сумасшедшего аниматора-самоучку, который сидит, наверное, где-нибудь в подвале психиатрической лечебницы и время от времени изрыгивает мерзкие вещи, именуемые ценителями андерграунда не иначе как «Искусство» с большой буквы. Хотелось бы нарисовать другой портрет столь неординарной личности, но давай будем честны — массовый зритель не будет разбираться, а намалюет найденными красками именно такой образ Джимми Кримера. И тяжело с ними спорить, поскольку самого аниматора, видимо, полностью устраивает его нынешнее положение — быть тем, кто насилует глаза заблудших душ, держа при этом гордо поднятые средние пальцы. Не мне его судить за такой подход к выстраиванию бренда — всё-таки тактика работает, стиль остаётся узнаваем, а выражение «кримерщина» только каким-то чудом ещё не стало нарицательным при описании всей сферы независимой анимации, которая делает ставку на образность и абсолютную свободу.

Да, Джимми Кример — это в первую очередь творец, хоть и крайне своеобразный, или как скажут некоторые «больной на голову». Для большей части здравомыслящего, «нормального» Интернета он и его творения — симптомы какого-нибудь ужасного психического заболевания или девиации, которые показывают, как ни в коем случае нельзя создавать искусство. В связи с этим и место Кримера крайне сурово — в одном из айсбергов запрещённых к просмотру фильмов, где его упомянут вскользь, или внутри иронического обзора. Всё, в иных своих формах Джимми нужен только таким вот странным энтузиастам вроде меня, которые хоть и пытаются дать ему иную характеристику, но восприятие его работ от этого никак не меняется. А если самому Кримеру всё равно, что о нём думают, то почему не должно быть всё равно мне?

А я отвечу тебе «почему» — потому что мне интересно попробовать представить Кримера как-то иначе, показать иные его грани, чтобы зритель перестал видеть в нём только замкнутого психопата, играющегося с кривыми ассетами в Cinema 4D. Делаю ли я это из симпатии или уважения — кто знает? Может, я просто такой же безумец, который чувствует родственную душу и пытается найти к ней подход. И раз уж в рамках моей деятельности эта личность настолько важна, то почему бы не попробовать ещё раз?

Куда покойники уходят умирать

Итак, давай попробуем с самого начала, теперь уже зайдём с регалий. Джимми Кример — режиссёр, аниматор, композитор, продюсер, монтажер, сценарист и актёр, подаривший голос не только собственным персонажам, но и, между прочим, одному из героев уже разобранной мной «Марионетки с сердцем из нитей» M dot Strange’а. Кстати говоря, голос Джимми вы можете услышать и в его анимационном дебюте «Куда покойники уходят умирать» — именно он озвучивает инфернального пса Лабби, выполняющего роль посланца и проводника в ад. В качестве режиссёра и аниматора Кример экспериментирует вот уже 15 лет, параллельно занимаясь написанием музыки в жанре спидкор и эмбиент, а также улучшением навыков моушен-дизайна. Изучая его послужной список на том же IMDb можно лишь поражаться тому, в каком количестве трешовых проектов Джимми успел поучаствовать в качестве актёра на заднем плане или аниматора. Я не пожалел времени и решил глянуть как можно больше из тех фильмов, в которых он значится как актёр, чтобы специально для вас попытаться отыскать самое ценное — хоть какое-то фото реального лица нашего героя. Сперва я пытался найти и посмотреть «Reality Bleed-Through» — самого первого полнометражного фильма Кримера, но создатель как будто полностью вырезал его из Интернета, оставив только одну переделанную сцену на своём канале. Именно в ней можно заметить сырые образы, которые в дальнейшем расцветут в «Куда покойники уходят умирать», вроде Короля суицида, озвученного искажённым голосом, излюбленных личинок и знакомой локации, но самого Джимми найти не удалось. Также как не удалось найти в свободном доступе и другой трешовый фильм «Song of the Shattered», от которого остался только трейлер. В конце концов стоп-кадр с молодым Джимми Кримером мне повезло поймать при просмотре дешёвого слэшера «Late Fee» — истории о том, как романтический просмотр ужасов закончился резнёй в декорациях Хэллоуина. Если верить странице на IMDb, Кример здесь притаился в роли загримированного под блэк-металлиста убийцы. Это, конечно, нельзя считать за полноценную и актуальную фотографию, но уже хоть что-то. Также у нас есть что-то вроде шуточного, словесного автопортрета, который прозвучал в интервью от 2013 года:

How would you describe yourself physically?
I look like Jesus after he realized he wasn’t really the son of god and gave up on life.

Как бы ты описал себя?
Я похож на Иисуса после того, как он понял, что на самом деле он не сын божий, и решил покончить с собой.

Jimmy ScreamerClauz

Второе, что следует знать о Джимми, так это то, насколько же он задрот в хорошем смысле слова. Преданный своему делу целиком и полностью, увлечённый фанатик, которому не надоедает порождать один кошмар за другим. Как бы ты не относился к его работам, нельзя отрицать очевидного — этот человек обожает своё творчество, он живёт им и будет продолжать создавать во что бы то ни стало. Уберектор в полном смысле слова — создающий всё с нуля и настолько погружённый в собственную атмосферу, что даже раздел с ответами на вопросы заполняет у себя на сайте в своеобразной манере. Если это образ, то он не выходит из него вообще.

Далее следует обозначить вот что — у меня есть довольно смелое предположение, что изначально «Куда покойники уходят умирать» вообще не задумывался как полнометражная работа. Видишь ли, композиция фильма состоит из трёх новелл, каждая из которых предварительно выходила отдельно c промежутком в один год, начиная с 2009, а соединились вместе только в 2012. При этом как говорил сам Джимми на всё том же интервью от 2013 года, он никогда не хотел становиться аниматором, а первая глава будущего фильма и вовсе получилась чуть ли не случайно путём экспериментов с компьютерной графикой. Подтверждают это и слова Кримера в рамках выпуска подкаста Sadistic Cinema от 2014 года, посвящённого обсуждению фильма — Джимми ничего не знал об анимации, когда работал над «Reality Bleed-Through», поэтому отправился познавать азы самостоятельно, пока случайно на его жёстком диске не оказалась первая глава «Tainted Milk» будущего «Куда покойники уходят умирать». Затем появилась вторая глава «Liquid Memories», после которой американский дистрибьютор эксплуатационного кино Unearthed Films предложил сделку — Джимми создаёт третью часть, после чего они вместе выпускают фильм целиком на физических носителях. Так что строго говоря, «Куда покойники уходят умирать» — это не совсем фильм, это скорее антология, состоящая из трёх частей, каждая из которых создавалась предварительно без замысла на какую-либо полнометражную концепцию. То есть это то самое произведение, которое вообще не должно было существовать. Я также предположу, что после завершения работы над третьей частью Кример позаботился над сшиванием всех новелл с помощью промежуточных сцен, которые ранее не планировались. Например, одним из главных символов, добавленных намеренно в оставшиеся части, стал пёс Лабби. Со слов Джимми, эта адская собака так сильно понравилась посмотревшим первую часть, что они пожелали увидеть её в продолжении, тем самым создав одно из важнейших связующих звеньев всей картины. Да, если отбросить шутки в сторону, то Лабби — действительно что-то вроде маскота не только фильма, но и самого аниматора. Нам же остаётся только гадать — на каком этапе четырёхлетнего производства Кример продумал связующую все новеллы концепцию. Если она вообще была, поскольку, знаешь, использовать уже готовые ассеты одной и той же улицы легче, чем переносить место действия в новые декорации. Но далее я буду исходить из того, что некий глобальный замысел, связывающий три разрозненные новеллы, всё-таки существует.

Последнее, что стоит объяснить тем, кто совершенно не знаком с предметом разговора, так это то, насколько Джимми Кример в первую очередь визионер, а не рассказчик или постановщик. Говоря так, я имею в виду, что во главе всей художественной картины его анимационных работ стоит образ, а если быть точнее — то огромный коллаж разношёрстных и шокирующих разной степени выразительности образов, которые каким-то чудом каждый раз сплетаются в бисер, после чего пляшут вокруг зрителя, пытаясь довести его до тошноты. Всё это, разумеется, создаётся по принципу минимальных затрат — очень грубо, сыро, откровенно дёшево. Забудь про качество рендера, про операторскую работу или внятность повествование — всё это перемалывается во славу системы настолько диких образов, что забыть их ты просто не сможешь. Задача Кримера — шокировать, поразить воображение, а уже потом, если получится, рассказать историю. Как писал в своей автобиографической книге-манифесте коллега и близкий друг Кримера M dot Strange — «всё начинается с названия». Говорится это в контексте того, как именно независимый режиссёр придумывает и начинает создавать свои картины. Так вот, у Джимми всё начинается не с названия, но с образа. И в этом плане я его понимаю — подобно M dot Strange’у я зачастую придумываю свои собственные произведения, отталкиваясь лишь от звонкого названия, но порой во главе фантазии становится настолько яркий художественный образ, что ты уже не можешь его игнорировать, ведь сознание велит тебе закрутить вокруг него историю вопреки всему. Специально для этого эссе я попробовал вырезать все фрагменты так называемых сюрреалистических и психоделических припадков фильма, тем самым сократив общий хронометраж на тридцать минут. Подобный фокус можно провернуть и со вторым полнометражным творением Кримера «Когда прилетают чёрные птицы» — его крайне легко разделить на повествование и эпилептическое изнасилование глаз после пересечения стены. Всё это натолкнуло меня на мысль, что изначально Джимми всего лишь игрался с различными образами и набросками, пока их не стало так много, что он попытался впихнуть их вообще все, списывая подобные фрагменты на галлюцинации главных героев, потому что бред всё равно не надо стараться объяснить. В связи с этим разобраться в хитросплетениях заложенных смыслов крайне тяжело, несмотря на то, что над ними действительно работали. Они определённо там есть — лежат похороненные под многослойностью из диких, кровавых и тошнотворных образов. Не обманывай себя, стиль Кримера в этом и заключается — спрятать сюжет в максимально непривлекательной обёртке. И если ты попытаешься раскопать этот курган, то рано или поздно найдёшь желаемое.

Labby Made Me Do This

ЧАСТЬ II: Смех сквозь кровь

Знаешь, что самое сложное, когда речь заходит о таких фильмах? Нет, не осознание того, что тебе необходимо смотреть подобное — к этому я уже почти привык. Самое сложное — это факт того, что тебе никто не поможет. Такие откровенно дешёвые, независимые и трешовые работы зачастую обитают в информационном вакууме — о них нет практически никакой информации, откуда ты мог бы черпать эмпирический материал и тем самым упрощать процесс анализа и написания сценария. Как правило, даже Википедия тебе ничем не поможет, друг мой — ты полностью одинок, существуешь только ты и этот кровавый кусок искусства, больше ничего, никаких чужих мыслей, так что полагайся на собственные мозги. И в случае с Кримером это не только тяжело, но и крайне опасно, поскольку при первом просмотре «Куда покойники уходят умирать» я не заметил того, что лежало на поверхности, но было то ли специально, то ли случайно скрыто в тени густого мрака. И это что-то, ты не поверишь, сатира. Да, это и есть третья грань Джимми Кримера — порой он невероятно смешной, а его работы впитывают в себя этот специфический, чёрный, прямолинейный, совершенно не изысканный, находящийся на грани вульгарного и туалетного юмор. Эту кримерскую иронию можно проследить абсолютно во всех его текстовых материалах и интервью — он нигде не ведёт себя серьёзно, постоянно склонен нелепо или остроумно шутить. Как человек, создающий столь жестокие сцены, он внезапно оказывается пропитан юмором. И да, ты всё правильно понял — эта злая насмешка присутствует в том числе и в «Куда покойники уходят умирать». Но её определённо необходимо пытаться разглядеть, что у меня и не получилось сделать при первом просмотре.

Кример — это не только мрак и кровожадность с каменным лицом. Я это понял после того, как увидел специальный постер для VHS-издания его второго фильма «Когда прилетают чёрные птицы». Я не могу показать его полностью, потому что… потому что. Также я не знаю точно, появился он после анонса ремейка «Русалочки» или ещё до него. В любом случае сатиру над современным Диснеем я оценил, после чего отправился искать её и в остальных работах Джимми. И она действительно есть, вот только почему-то он не особо её развивает. Но обо всём по порядку.

Из того же подкаста Sadistic Cinema мне удалось почерпнуть дополнительные доказательства в пользу своей теории: сам Джимми заявляет, что никогда не хотел создавать настолько отвратительный фильм, а наоборот — пытался сделать его самой смешной вещью на свете. А потом, видимо, сказалась его любовь к эксплуатационному кино 80-х и 90-х, после чего смех сменился на белый шум, полностью поменявший восприятие фильма. Я бы зашёл ещё дальше и сказал, что весь «Куда покойники уходят умирать» изначально задумывался скорее как пародия, сатира или юмористический скетч, который постепенно перерос в итоговый кошмарный вариант, оставив, тем не менее, следы былого замысла.

Сатанинская комедия: Where The Dead Go To Die

Здесь стоит немного рассказать о том, что, собственно, происходит на протяжении всего хронометража, поскольку я прекрасно понимаю — большая часть аудитории никогда не захочет смотреть творения Кримера лично. Если говорить кратко, «Куда покойники уходят умирать» рассказывает историю трёх детей, каждый из которых сталкивается со своими худшими кошмарами и постепенно погружается в глубины собственного подсознания под руководством соблазняющего их пса Лабби. Действие постоянно скачет по разным временным периодам, прерывается на уже обозначенные мной психоделические фрагменты, но при этом старается сохранить общую сюжетную канву. Как я уже отмечал ранее, если вырезать все эпилептические отступления, то сама по себе история больше напоминает классический рассказ из сборников ужасов для взрослых. Кровь ради крови, насилие ради насилия, шок эффект ради шок эффекта. Но иногда за этой оболочкой проскакивают комические элементы, которые, как я предполагаю, Джимми забыл вырезать из финального монтажа.

Лучше всего первоначальный юмористический курс заметен в самой первой части «Tainted Milk». В подкасте Sadistic Cinema Кример упоминает, что образ Лабби — это такая нарочито извращённая интерпретация вымышленной собаки по кличке Лесси, которая является главным персонажем огромного количества американских романов, фильмов и сериалов второй половины двадцатого века. В рамках семейного американского кинематографа Лесси — это уже полноценный, узнаваемый даже за пределами страны бренд, а не просто собака. В качестве нашего местного аналога можете вспомнить, например, Мухтара — образ и масштаб, разумеется, разный, но суть вы поняли. Что же делает Джимми при работе над задуманной как комедия первой главой антологии? Он выворачивает устоявшиеся традиции семейного американского кино 80-х и сводит их к максимально жестокому и беспощадному гротеску, тем самым порождая сатиру на грани ужаса. Всегда милая собачка Лесси превращается в инфернального пса Лабби, идеал здоровой семьи из глубинки разрушается нежелательной беременностью, а типовая застройка и вовсе напоминает локацию из какого-нибудь слэшера, хотя на фоне то и дело играет винтажная музыка из уютных ситкомов. Отвратительная и нелепая актёрская игра только дополняет всю эту мрачную картину, в какой-то момент прорывая тебя на смех после вопроса Томми о том, что такое презерватив. 

Дальнейшие главы, видимо, создавались уже будучи нацеленными на чистокровный ужас, в связи с чем подобных комических элементов там в разы меньше. Мне лично вспоминаются гуки, превращённые в злобные эмоджи, и странное, явно не детское шоу, которое смотрит Ральф по телевизору у себя в комнате. Предположу, что оно пародирует в принципе весь блок детских передач американского телевидения. Такое количество искажений идеализированных американских архетипов не удивительно, если учесть, что Джимми родился и рос в Нью-Йорке в конце двадцатого века, то есть застал абсолютно все ныне высмеянные образы, продвигаемые массмедиа. Конечно, он не развивает свою сатиру, но я всё равно нахожу любопытным тот факт, что столь жестокий фильм изначально создавался с намерением написать самую смешную вещь на свете.

Сатанинская комедия: Where The Dead Go To Die

Раз уж я коснулся этого, то также отмечу, что глобальная тема фильма — не только смерть, но и семья, а точнее развинчивание мифа об идеальной американской семье. Здесь и нежеланный ребенок в результате незапланированной беременности, и ортодоксальные верующие католики, и «радикальная эксплуатация детского труда», скажем так. Прям стартовый набор всех неблагополучных семей. Я ведь уже говорил тебе, что в центре повествования — трое детей, каждый из которых воспитывается в по-своему омерзительных семьях, проживающих как минимум в одном районе. К каждому из них Лабби находит уникальный подход, опираясь на их личные страхи и семейные проблемы. Например, Томми нежеланный ребёнок, так что его родителей необходимо лишить детородных органов и убить брата. В этом контексте Лабби становится не только посланцем, но и воплощённым в физической форме возмездием за грехи родителей, которые порождают потенциальных монстров. Оттого и не удивительно, что самые уродливые и аморальные персонажи фильма — это родители, которые обязательно в конце каждой новеллы получают по заслугам. Такова жестокая шутка Сатаны — убивать родителей руками их детей; драма, которую Кример превращает в комедию.

Напоследок, конечно, ещё можно задаться вопросом о том, реален ли сам Лабби или же пёс является всего лишь впитавшей все дурные мысли детской фантазией. Однако я оставлю эти размышления на твоей совести.

Сатанинская комедия: Where The Dead Go To Die

ЧАСТЬ III: Куда покойники уходят умирать

При просмотре «Куда покойники уходят умирать» в первый раз просто невозможно не заметить обилие религиозной символики, которая является вторым фактором, порождающим споры вокруг картины наравне с психоделическими фрагментами путешествия по глубинами подсознания. Когда я работал над сценарием три года назад, то больше всего меня терзали мысли о том, как именно выглядит религиозная картина мира в рамках мрачной художественной реальности Кримера. Достаточно быстро я пришёл к выводу, что во Вселенной «Куда покойники уходят умирать» существует как бог, так и дьявол — две антагонистические силы, которые не вступают в открытую конфронтацию. Но затем я подумал, что в этом биполярном мире бог, как символ чего-то светлого, выглядит особенно ужасно — в его образе буквально нет ничего хорошего. Его слуга и посланник — жестокий красноглазый пёс, который никак не отвечает на чужие молитвы и остаётся равнодушен к проблемам взрослых. Да и сам мир выглядит так, словно бог если не покинул его, то стал крайне равнодушен — постоянный дождь, смерти, истязания, страдания, вечная ночь, разгуливающие тени и общее предчувствие апокалипсиса. В «Куда покойники уходят умирать» царит беспросветная жестокость, здесь нет никакой надежды — только смерть и разложение, с которыми тот самый бог вообще ничего не делает. Тогда я списал такое противоречие на критику Джимми классической христианской концепции, в рамках которой бог представляется милостивым, справедливым и бессмертным существом, никогда не позволяющим невинным детям проходить через подобные страдания. То есть знакомое выворачивание идеалов наизнанку — бог действительно существует, вот только никакой помощи ты от него не дождешься, поскольку по своей натуре он редкостный садист. Даже церковь, являющаяся в сознании большинства местом спасения и отпущения грехов, проходя через призму чёрной кримерской иронии превращается в могилу для проститутки и дом для сумасшедшего маньяка. Это не отпускающий грехи бог, а возвращающий их в двойном объёме. Чем больше человек причиняет ему боль своей жестокой природой, тем больнее он ему отвечает. Да, он наблюдает за тобой, он тебя любит, как говорили родители. Но вот о чём они забыли сказать, так это о том, что ему хочется видеть человека идеальным существом. А если ты таковым не являешься, если эгоистично плюёшь в божье сердце и перечишь его воле… Что ж, может, только ответная боль и наказание способны изменить тебя.

Но при повторном просмотре мне в голову пришла куда более интересная и смелая мысль о том, как именно устроена религиозная картина в фильме Кримера. Мы знаем, что бог, волю которого доносит Лабби, крайне сильно отличается от своего христианского прототипа. Но что, если его вообще никогда не существовало? Что, если представленный в «Куда покойники уходят умирать» мир — это тот, в котором нет никакого бога? Нет того самого идеального творца, но есть иллюзия и распятый в агонии мстительный кусок мяса, не способный как-либо влиять на происходящее, потому что на самом деле не он сотворил этот переполненный смертью и жестокостью мир. Ведь бог не мог так поступить, не правда ли? Он не мог заставить детей проходить через все круги ада. Не мог оставить мольбы о спасении без ответа. Не мог, в конце концов, отправить в роли своего посланца инфернального пса, так сильно напоминающего цербера. Да, бог действительно не мог так поступить. Тот самый бог, что творит чудеса и помогает нуждающемся. Но вот Сатана — вполне.

Сатанинская комедия: Where The Dead Go To Die

Мне нравится думать, что для Лабби слово «бог» — это не имя собственное и не нарицательное, а титул его настоящего хозяина. Того, что так жаждет переманить на тёмную сторону и утащить в глубины ада столь беззащитные души детей. Лабби с этим отлично справится — необходимо лишь надавить на раны, показать сильно искажённые кошмары, запугать и лишить выбора, доведя до полного отчаяния и безумия. Лабби — это что-то вроде змея, который принял собачий облик и прибыл к детям по воле самого Дьявола, который является истинным и единственным создателем всего мира. В этом, на мой взгляд, кроется главная, наиболее жестокая насмешка Джимми Кримера, его главный сюжетный твист, который способен объяснить природу запредельной кровожадности. Почему лишённая всяких идеалов художественная реальность фильма насколько ужасна и темна? Потому что её создал не бог, а дьявол. Комедия сатаны заключается в том, что это он сотворил бога только для того, чтобы мучить грешников надеждой на спасение. А лучшая шутка как всегда осталась не понятой — вы пришли в этот мир не жить, а умирать.

Эпилог

В этом году Джимми Кримеру исполнится сорок лет. Иногда я не могу поверить, что вся моя нынешняя деятельность стала возможной после просмотра независимой анимации именно этого режиссёра, который хотел начать свои анимационные эксперименты с целью беспощадно выносить зрительские мозги, несерьёзно и с юмором создавая наиболее мерзкие образы. Его можно сколько угодно за это критиковать и не любить, может, даже презирать. Несмотря на весь сложившейся образ, я всё равно отношусь точно не с любовью, но с уважением к Джимми и его специфическим работам, поскольку понимаю — без них не было бы и меня. Я даже хотел взять интервью у Кримера лично где-то год назад — отправил письмо с предложением, но ответа так и не получил. Пожалуй, на данный момент это мой главный журналистский провал.

Именно Кример вдохновил меня на исследование тёмной стороны мирового искусства, так что данное эссе — своеобразная благодарность американскому аниматору за его влияние на моё мировосприятие. Хотя иногда по ночам я спрашиваю себя: ну и как, тебе нравится заниматься этим? Это ли то, к чему ты стремился — копаться в чужой грязи, перебирать кости, слизывать кровь и рвоту с останков чужих аппликаций? Ты мог выбрать что угодно, любое дело всей своей жизни. Мог очаровывать людей своей поросячьей добротой, соблазнять рассказами о тёплом, мягком, сопливом и розовом. Ты мог не рыть эти могилы чужих образов и мыслей, мог не разжёвывать столь мерзкие вещи, чтобы люди считали тебя нормальным. Неужели тебе правда нравится нынешнее положение? Разве ты никогда не думал, как выглядело бы твоё отражение в чужих глазах, предпочти ты рассказывать о чем-то хорошем? Но ты променял это даже не на эгоизм, а на чистейший мазохизм. Тебе нравится этот портрет, а? Ты мрачный, ты пугаешь людей, странный, замкнутый социопат, который вечно лезет в безумные и никому не нужные авантюры. Таких здесь не любят, ты же знаешь, ведь в конце концов ты всегда говоришь с самим собой.